Последние новости Новороссии, Донбасса, ДНР и ЛНР сегодня 18 июля 2016

Новороссия, Донбасс, ДНР и ЛНР 18 07 2016: Заметка от Евы Лисовской. Политика – такая политика или «у меня муж из украинской семьи»

«Политика – такая политика или «у меня муж из украинской семьи»
Тут ожидается очередное ужесточение санкций против нашей страны. Дело рук лидера меджлиса и организатора всяческих блокад крымского полуострова и ряда представителей Канады, которая чуть ли не с периодичностью в три-четыре месяца что-то да делает с санкциями в отношении России. Ну что, вы готовы к очередному «удару» по стране, который просто обязан заставить нас переосмыслить что-то, призвать к совести, раскаяться, вернуть «отобранное»?

Задели все же за живое мы лидера меджлиса и организатора всех этих бесконечных блокад крымского полуострова Мустафу Джемилева. Пошел он жаловаться на судьбу свою непростую и всего меджлиса, что просто заперт на территории российской, в Канаду, где проживает большая украинская диаспора.

«Горе мне, горе….», – должен был начать Джемилев, схватиться за голову, и, возможно, пустить мужскую слезу. Но нет, сдержал он эмоции и чувства и просто попросил у канадцев помощи в улучшении жизни Крыма и татар. Сенатору Майклу Риварду пришлось выслушивать весь этот «плач Ярославны» в исполнении Джемилева. Так вот, к чему, собственно, подвел лидер меджлиса. Была у него мысля – организовать военную операцию в Крыму, но риски слишком велики, кто знает, а не начнется ли этническая чистка (поубивают весь татарский народ, и что тогда, чьи интересы будет отстаивать Джемилев?).

Значит, надо действовать иначе. А что там сейчас популярно? Какое оружие против российских оккупантов и агрессоров? Точно, санкции. А, зная любовь Канады к их постоянному продлению и расширению, было бы грешно не предложить Риварду ужесточить ограничения против России. Однако надо помнить, что санкции просто обязаны быть очень эффективными, чтобы «покинули оккупанты Крым». Да, тут придется попотеть, конечно, Украине и Канаде, чтобы добиться такого результата.

Вообще, даже уже не знаю, что можно придумать эдакого, чтобы удивить всю мировую общественность и, конечно, главного виновника сего «торжества».

Кроме этого, предложил Джемилев внести изменения в Минские соглашения, да-да, в те самые, в которые Россию, словно нашкодившего котенка, пытаются тыкать носом. Думаю, что уже все чуть ли не наизусть знаю текст этих соглашений, так вот, не устраивает лидера меджлиса то, что в случае выполнения условий, снимут с России санкции. Плохо? Конечно, ведь про Крым там вообще ничего не сказано – надо бы ситуацию наладить и внести требование о восстановлении территориальной целостности Украины.

Представляю, что будет, если еще и это условие будет внесено в соглашения. Тогда, не отстанут от России никогда. А, с другой стороны, нашу страну и так отказываются оставлять в покое и смириться с тем, что ТРЕБОВАТЬ выполнения соглашений следует непосредственно от Украины и ее властей. Хм, попытка переложить всю ответственность с больной головы на здоровую?

И вот, вроде, выслушали представители Канады обиженного, вот только загвоздка имеется одна – все дело в том, что планировала Оттава начать диалог с Москвой, с этим, как назвал нашу страну Джемилев, «гангстером» (оригинально, спасибо, еще одно словцо едкое прибавилось к огромному списку «имен» России, скоро можно будет сборник выпускать).

Так, надо как-то Канаду переубеждать, а то, сорвется «рыбка» с крючка – уплывет и забудет обо всех словах меджлисовца. Правда, не пришлось особо Джемилеву распинаться – член международного комитета Деннис Довсон пообещал, что Канада сделает все возможное, чтобы оказать давление на различные организации на международном уровне (НАТО и ООН в том числе). И все это будет сделано ради Украины, ради страны, к которой, как оказалось, у некоторых канадцев реально возникают светлые и добрые чувства.

«Мой покойный муж — из украинской семьи. Поэтому моё сердце с вами. Наш комитет также сделает всё от нас зависящее», — заявила сенатор Линн Бейак, зашедшая на заседание к коллегам.

И все же, посмотрите, какой боевой настрой у Украины: сначала к членам Британского парламента обращались с целью ужесточения санкций, теперь вот, на Канаду нацелились. Кто следующий? Господь Бог? Боюсь, что он точно на нашей стороне.

Если без шуток, то, думаю, к ужесточению Россия готова. Вы согласны?»

Новости Донбасса, Новороссии, ДНР и ЛНР 18 07 2016: Заметка от Полины Рощи. Все забыты. Всё забыто. Украинцам наплевать на погибших АТОшников.

«Все забыты. Всё забыто. Украинцам наплевать на погибших АТОшников. Даже не знаю – удивляться или нет ненормальности моих бывших соотечественников. Объединенные слепой ненавистью, они так убедительно обещали, что «Украина превыше всего» (очевидно, имелось в виду превосходство над здравым смыслом, сознательностью, развитием, моралью, законами…), а на деле патриотизм сдулся, как шарик. Нэнька большинство украинцев интересует в ракурсе «погода в Одессе» и «аренда жилья в Бердянске», а «герои АТО», удобряющие донбасские степи, все до лампочки.

Итак, в топе запросов украинцев в поисковике с начала лета – Чемпионат Европы по футболу, Instagram, погода, новинки кино. Общий рейтинг выглядит так:

1. Евро 2016

2. Інстаграм

3. Смотреть фильм онлайн

4. Прогноз погоды Одесса

5. Украина-Германия

6. Исландия

7. Игра престолов 6 сезон

8. День медика

9. Россия-Англия

10. День независимости-2

И ни сотой процента о событиях, с которых, собственно, и началось поражение Украины в войне с Донбассом. В эти дни два года назад «самую сильную армию континента» впервые взяли в котёл. Вернее, пока нацгвардейцы думали, что выполняют хитрый план по отрезанию Донбасса от России (точнее, от гуманитарной помощи, благодаря которой миллионы людей у нас за время войны в прямом смысле слова не умерли с голоду), их потихоньку замыкали ВСН в кольцо. Бойня закончилась только в августе, тогда почти 200 человек перешли на сторону ополчения, и еще несколько сотен украинцев драпанули прятаться у «агрессора», лишь бы только донбасские мужики им люлей не навешали. Позже их вернули на родину — сытыми, чистыми, подлеченными и обогретыми. Помню, как, опустив глаза, один из дезертиров рассказывал на камеру журналистам, что «русские специально их приняли», есть-пить заставляли да шкуры им спасли, чтобы «добрыми казаться». Но сейчас не об этом.

Если на улицах Украины, которая «превыше всего», сегодня устроить опрос о событиях двухлетней давности, уверена, что самый максимум, который могут вспомнить украинцы – это намерение «подарить Донецк Порошенко 24 августа». Накануне празднования сомнительного Дня независимости Украины, экс-министр обороны Валерий Гелетей сообщил: «Наши силы в фазе наступления. Я уверен на 100%, что мы одержим победу, и очень скоро». О том, почему «подарка» не получилось сегодня в стране, победившей достоинство, не знают. И дело не в том, что обычный свидомит слово «гугл» на английском не напечатает, а в том, что «национальная интеллигенция», которая умеет искать информацию, будет скрывать любые потери «во славу нации», лишь бы идея жила. Поэтому народ о большинстве котлов и не подозревает, в лучшем случае помня только Иловайский и Дебальцевский. А еще 7 остаются в сторонке… словно и не обмелела украинская армия на несколько тысяч солдат. Не было ни Еленовского котла, ни Амвросиевского, ни котлов в Луганском и Донецком аэропортах (в разное время), ни Изваринского, ни других… Или были?

Изваринский котёл также вошёл в историю под другим названием – Южный. Это была блестящая совместная операция сил ДНР и ЛНР. Вместе обе армии (тогда еще под командованием Стрелкова) окружили группировки прокиевских боевиков от села Мариновка на востоке бывшей Донецкой области (граница с РФ) до контрольно-пропускного пункта «Изварино» на востоке бывшей Луганской области. О реальном масштабе «потерь нэма» можно предположить, исходя из численности взятых в кольцо и брошенных генералами и президентом АТОшников 79-ой отдельной аэромобильной бригады, 24-ой ОМБ, 28-ой гвардейской механизированной бригады, 51-ой механизированной бригады, 72-ой ОМБ, 3-его полка спецназначения, сводного отряда пограничников, террбата «Шахтёрск» и части батальона «Азов». Если проще, в боях под Изварино были отправлены к праотцам около 4000 человек, ещё часть получили ранения и попали в плен к ополченцам. С конца июля на территорию России по гуманитарному коридору стали переходить целые подразделения, всего же попросили убежище у «врага» 438 «героев».

Но ещё до этого убийцы детей Донбасса познали весь смысл поговорки «кто придёт к нам с мечом от меча и погибнет». Порошенко их бросил. Без всякого снабжения, без связи, без военной поддержки, вооруженные формирования уже ничего не могли сделать, но президент от погибающих «героев» открестился. Не может царь думать о каждом, царь должен думать о важном. «Украина превыше всего». Ради этой идеи 6 августа 2014 года украинская авиация разнесла окружённую 79-ю аэромобильную бригадуу, чтобы скрыть правду о боях под Изварино, и прекратить дезертирство.

… В Киеве, естественно, «Изваринский котёл» окрестили «тактической победой украинских военных», а почти 4 тысячи убитых военнослужащих – «пропавшими без вести». СБУ взялось за расследование провала укровояк, под прикрытием липового уголовного дела по закупке бракованных бронежилетов. «Потерь нэма». «Украина превыше всего».

Новости Новороссии, Донбасса сегодня ДНР и ЛНР 18 07 2016: Заметка от блогера «Гвинплейн». Кировоград станет Кропивницким, а дегенерат Вятрович — могильщиком украинского национализма.

«Кировоград станет Кропивницким, а дегенерат Вятрович — могильщиком украинского национализма. Киевская хунта, состоящая более чем полностью из дегенератов с различной степенью деградации, сделала еще один шаг по пути превращения Украины из индустриальной страны в селюково-аграрную. Верховная Рада декоммунизировала Кировоград, приняв проектом постановления №4222 «О приведении названия города Кировоград Кировоградской области в соответствие с требованиями закона Украины «Об осуждении коммунистического и национал-социалистического (нацистского) тоталитарных режимов в Украине и запрете пропаганды их символики». За него проголосовали 230 народных депутатов. Кировоград не только потерял приставку «град» — город, но и вообще, по восприятию на слух, превратился в захолустный райцентр с деревенским названием Кропивницкий.

Директор Украинского института национальной памяти Вятрович, которому даже прикидываться идиотом не нужно – на лице все написано, не моргнув глазом, заявил, что, собственно сами жители Кировограда виноваты. Они, видите ли, «не смогли организовать дискуссию»:

«Изначально парламентский комитет поддержал название Ингульск. Однако из-за развернутой кампании, компрометирующей это названия, было принято решение пойти навстречу общественности и отказаться от данного варианта. Таким образом, выбор пал именно на Кропивницкий. Консенсуса в городе не было ни по одному из семи предложенных новых названий. К сожалению, местные власти не смогли организовать в городе нормальную дискуссию по этому поводу».

Лжет ведь Вятрович, была дискуссия, и мнение большинства жителей Кировограда там было отражено более, чем четко.

Впрочем, лгать дегенерату Вятровичу не впервой. Даже его хозяева из США были впечатлены и озадачены масштабами его вранья и подлогов в должности «директора», о чем появилась статья экс-сотрудника госдепа в Foreign Policy.

Но мнение горожан никак не укладывается в рамки той политики дерусификации, апологетом которой является Вятрович. Здесь нет ошибки — официально объявленная киевским режимом «декомунизация» это всего лишь ширма, которой прикрывают дерусификацию. Какое отношение к коммунизму и коммунистам имеет историческое название «Елисаветград», которое было одобрено большинством жителей Кировограда?

Однако, подобные действия Вятровича и депутанов из Верховной Зрады имеют и свой плюс. Плюя на мнение большинства, эти выродки еще больше скручивают пружину ненависти к себе и своим действиям, которая рано или поздно сорвется. В итоге окажется, что самым главным могильщиком украинского национализма и «незалежности» станет тот самый, оголтелый, национализм в лице Вятровича и ему подобных.»

Сводка новостей Новороссии, ЛНР и ДНР за 18 07 2016: Заметка от Романа Борисова. Донбасские «хроники»: быть ли жанру?

«Донбасские «хроники»: быть ли жанру? Роман Борисов о книге Михаила Поликарпова. Что такое «хроника»?.. Всего-то «историческое описание событий (в широком смысле, очевидно, любых — Р.Б.) в хронологическом порядке». А вот когда мы произносим теперь слово «Донбасс», сразу возникает некий образ, сформированный войной, образ военного человека - образ, скорей всего, «ополча», в разгрузке да с автоматом… Между тем, в последние два года появились и несколько иные трактовки — достаточно частные, личные дневники, зачастую никак не касающиеся впрямую военных действий, порой и с обобщающими размышлениями, так или иначе, хронологически фиксирующие военно-бытовую повседневность, но главное — личную к ней авторскую причастность.

Эти заметки совершенно разнятся по литературности, содержательности, пафосу, а также «политической принадлежности» и уровню известности автора — ну ведь все же хотят высказаться: и Елена Степная (с «той» стороны) с «Донбасским дневником», и Игорь Вереснев с повестью «Жизнь во время войны», и Сергей Шаргунов с «Донбасским дневником», и А. Кокоулин с «Украинскими хрониками», и безвестный автор «АТО» со своим контркультурным укрофейсбучным «Дневником офисного планктона» — все эти «дневники» и «хроники» так или иначе упоминались в моей статье о «Донбасской прозе» .

И вот возникающий комплекс вопросов: 1. Если термин «хроника» применительно к описанию военных действий в Донбассе подсознательно верен, то сколь точна и оправдана его привязка к чисто личностным переживаниям, пусть и связанным с войной?.. 2. Существуют ли ныне, в столь далеко ещё не разрешённый момент противостояния, в достаточной степени полные описания происходящих событий? 3. Сколь они вообще могут быть хоть как-то объективны?

Моя задача — на примере одного, но достаточно характерного исследования по некой совокупности показателей отметить тенденции, общие для жанра военной аналитики о войне на юго-востоке Украины.

Итак, речь в статье мы поведём о книге Михаила Поликарпова «Донбасс от Славянска до Дебальцево. Хроники, записанные кровью. Окопная правда гражданской войны» (Москва, «Книжный Мир», 2016), которая с другими очень подобными и предшествовавшими — выпущенными в 2014−15 гг. («Игорь Стрелков — ужас бандеровской хунты. Оборона Донбасса» и «Битва за Донбасс. Разгром карателей. Хроники сражений») — составляют достаточно образцовую серию хроникального мэйнстрима по теме.

Сам автор называет своё произведение «первой и единственной в мире подробной документальной хроникой ожесточённых боёв, прошедших на Донбассе в 2014—2015 гг.» Действительно, в книге предпринята попытка свести воедино и хронологизировать информацию весьма разнородную, проведена большая работа по отслеживанию, проверке, сопоставлению данных из разных источников и, по возможности, с разных сторон, с целью выявления более или менее объективной картины происходившего, что уже немало.

Возникает вопрос: какими документами пользовался автор? Цифровые источники, а также бумажные носители информации (распоряжения, донесения, циркуляры штабов) — т. н. «документы 1-ого уровня, которые-то и придают подлинную документальность. Документы — ещё долго будут засекречены и, соответственно, пока практически недоступны. Остаются показания, рассказы, заметки, дневниковые записи очевидцев и участников — как с той, так и с другой стороны (т. н. документы 2-го, 3-го и 4-го уровней), а значит, политически очень мотивированные, избирательные, неполные и, как правило, предвзятые. Основной же источник описания начала кампании — «Сводки с юго-восточного фронта» Игоря Стрелкова, выделенные в тексте курсивом и охватывающие период с апреля по конец июля 2014 года.

Фактически это компендиум голых фактов (с редкими обобщающими отступлениями), этакий «свод сводок», аналитический и особенно оценочный аспект которого излишне сдержан, робок и слаб. Возможно, целью автора и была фиксация ежедневной военной рутины без просматриваемого акцентирования собственной позиции. Повседневная сухая боевая конкретика, арифметика потерь и захваченной в плен техники довольно скучна, монотонна и интересна очень ограниченному кругу специалистов — она не откладывается в памяти: кто-что-где-когда-чего-сколько, информация по числам, «двухсотым-трёхсотым», столько-то БТР, столько-то «крокодилов», ПЗРК, вертолётов подбито… столько-то «АГС-17 Пламя» захвачено у противника… Вместо того чтобы как-то подняться над сухим, техническим материалом, генерируя более объёмный взгляд, слишком большой упор, особенно в начале и середине, делается на материалах самого Стрелкова и, соответственно (при всём почтении к фигуре Командарма), на его субъективном восприятии и состоянии: «Игорь в мрачном настроении: «Войны пассивной обороной и сплошными отступлениями не выигрываются.» (стр. 117.)

Хочется больше живой и яркой, запоминающейся конкретики — для контраста, отчего проза документальная только выигрывает. Лишь изредка голые факты перемежаются запоминающейся или юморной историей, как, например, случай с воякой ВСУ, водрузившим на себя снятую с убитого каску ДНР, которая чуть не стоила ему жизни. (стр. 156.) Да, возможно, я субъективен или многого хочу, но упущено что-то важное — дух, настроение сторон. Ведь рядовой читатель всё-таки ждёт минимального осмысления — и «воспарения» над полем боя, хотя бы и «безличного» (ощущения, переживания, запахи и проч. — конечно, удел художественной литературы).

Как бы то ни было, в книге есть ряд безусловных плюсов и верных моментов, точных и справедливых формулировок и заключений.

Вскрывая «анатомию войны», автор справедливо отмечает, что война на ЮВ имеет несколько уровней и целей — от дискредитации России ради сохранения однополярного мира до хищнического передела власти и собственности местными элитами. «Вообще, и Майдан, и „Русскую весну“ роднит то, что эти проекты вышли из-под контроля своих авторов и стали развиваться по совсем иному сценарию.» (стр. 297.) Приводится ряд ценных, широко не известных сведений о взаимо- и противодействии различных силовых групп, параллельных МВД, во время Майдана и начала самопровозглашения республик по всему Юго-Востоку, из которых можно делать выводы о реальной расстановке сил в начале событий. (стр. 299.)

Робко, но называется таки «ошибкой» бездействие России после донбасских референдумов, политика Кремля — «непоследовательной и провальной», а предполагаемые многими в то время «Хитрые Планы Путина» — несуществующими: «Ввод миротворческого контингента РФ в апреле на всю Украину… или в мае (между 11 и 25 числами) на Донбасс позволил бы… спасти многие тысячи жизней и целый регион от разрушения… Весной ВСУ были небоеспособны — и обошлось бы без масштабного кровопролития.» (стр. 33.)

С другой стороны, очень важно: в книге подчёркивается, что причины провалов ВСУ летом 2014 года — именно в непонимании Киевом реального характера войны, которая для ВСУ явилась карательной операцией, для Донбасса же — национально-освободительной войной. (стр. 16.) При этом справедливо отмечен факт использования обеими сторонами конфликта образа ВОВ, от которого, видно, никуда уже теперь и не уйти — в частности, речь о проводе пленных ВСУ по Донецку (стр. 211.).

«Вечный шах. Хуже войны может быть только перемирие. Оно деморализует солдат и разлагает армию.» Вот так, в сдержанных, как всегда, тонах и опосредованно мнением боснийского ветерана, обозначено отношение автора к «Минску-1». (стр. 275.) (Таково же оно и у многих ополченцев первой волны, в частности, у стрелковцев.) Очень явственно показаны и причины вынужденного бездействия бойцов (с обеих сторон), которые морально и физически разлагаются, не находя себе места в условиях перемирия.

Важнейший момент — упомянут недостаток, а практически и отсутствие взаимодействия условно объединённого ополчения между собой в 2014 году. «Фактически „Бес“ стал самостоятельным полевым командиром, контролировавшим горловско-енакиевскую агломерацию… При этом он не очень ладил с властями в Донецке ­- и фактически никому не подчинялся.» (стр. 39.).

В отдельную главу выделены украинские «Батальоны удачи» — бегло, но ярко описаны их различия, источники их финансирования, явление отказников (личного состава «АТО», находящегося на довольствии, но отказывающегося воевать в отсутствии непосредственной опасности или близости противника) (стр. 296.), о котором знает далеко не каждый.

Интересно читается и «Маленький Верден» — отдельная глава об истории длительных боёв за злополучный Донецкий аэропорт, десятки раз переходивший из рук в руки и в какие-то моменты напоминавший «слоёный пирог»… вскрыта абсурдность изматывающего закоснелого противостояния, обосновывается необходимость занятия Песок и Авдеевки для овладения аэропортом (стр. 308.), приводится несколько сильных, образных, говорящих самих за себя моментов — как, например, рукопожатие Моторолы с украинским командиром Куполом, увозящим своих «киборгов» на ротацию, когда и выясняется, что пройти к аэропорту последние могут лишь с санкции ополчения… (стр. 311.)

«Фактически российские и украинские СМИ создали два совершенно разных образа этой войны.» (стр. 4.) Вместе с тем, задавая в предисловии верный акцент о «презумпция лжи» как принципе работы с материалами любых СМИ, некоторые важные события автор сам освещает вослед нашей пропагандистской машине. Да, показан тактический аспект конкретных военных действий по факту, но подковёрная борьба, играющая, в итоге, основную роль, попросту опущена. Глубинные движители, закулисные вдохновители тех или иных событий, причинно-следственная связь происшествий остаются сокрытыми, делая общий тон повествования плоским и одномерным.

Точно так же отражается и процесс «выстраивания вертикали власти» после «ухода» И. Стрелкова. Отставка Стрелкова «в связи с переходом на другую работу» была важнейшим событием, сменой вех, практически переломом в ощущении воюющего человека в этой войне… Однако, роль Бородая, Кургиняна, Суркова и иже с ними в последующей травле «Стрелка» остаётся практически за кадром. Эта «смена вех» практически не раскрывается, подаваясь лишь одним скупым абзацем (стр. 199.), в то время как для большинства первых добровольцев, «романтиков» войны, наступила совсем другая эпоха — «война поэтов», по меткому определению поэта, ополченца и военкора Юрия Юрченко, которая сменилась войной интересов никуда не девшегося правящего олигархата.

Не акцентирована роль батальона «Восток» и лично Александра Ходаковского фактически как «спойлера» Стрелкова, перехватывавшего вновь прибывших из России добровольцев и ведшего двойную игру на поле Ахметова. О злополучном бое 25 мая за Донецкий аэропорт, бое, в котором ни за что легли только что подъехавшие российские добровольцы, бое во многом знаковом и показательном, сказано скупо — грузовые автомобили с ранеными были приняты за украинские и уничтожены в результате «дружественного огня.» Это — ситуация, легшая и в основу рассказа С. Шаргунова «Свой». (Действительно, предатели были и из «своих» — название полнится новым смыслом.) Из многих свидетельств того вечера (заметки Александра Баркова, выступления на Ютюбе ополченцев «Червонца», «Старого» и многих других), похоже, вырисовывается роль Ходаковского, сознательно и хладнокровно спланировавшего и срежиссировавшего действо, направленное против российских добровольцев. Автор же считает, что, «скорее всего, он (Ходаковский — Р. Б.) был просто некомпетентен как боевой офицер» (стр. 47.).

Возможности по взятию Мариуполя в июле 2014 г. не просто были — они были очевидны даже с дивана в Москве. Город был полностью открыт, панически выезжали бесконечные колонны с укробеженцами… однако в книге бездействие осторожно представлено как, «скорее всего… результат закулисных договорённостей» с Ахметовым. «…Если взглянуть шире, то ясно, что тогда была возможность военного решения вопроса — но не было решения политического» (стр. 226.). Иными словами, всё-таки постепенно читатель подводится к убежденности о сдаче, сливу и странной войне, вдохновляемой непосредственно московскими кукловодами.

И, что особенно интересно, автору и правда непонятно, как можно воевать с Россией, при этом торгуя, да ещё и выпрашивая скидку на газ (стр. 16.). (Наверно, всё дело таки в том, что Кремль не мог ввести войска на Украину, пока там не закончены олигархические переделы. — Р. Б.)

Говоря о потерях, то они естественным образом официально замалчиваются либо приуменьшаются обеими сторонами. В книге же приведены данные локальные, отрывочные и, как правило, датированные. Автору же, как исследователю, стоило бы синтезировать некое условное среднеарифметическое из максимального количества источников. Упомянутую Порошенко цифру в 10 тысяч можно было бы умножить на 5 — и получить приблизительно общее число жертв войны, вместе с мирными жителями, которое в конце 2015 года даже по западным данным (германской разведки?!) составляло до пятидесяти тысяч.

В то время как дневниковые записи иллюстрируют лишь «туман войны», автор сам и признаётся: «Сейчас мы не можем представить объективную картину боевых действий на Донбассе.» (С. 13) Да, в настоящей момент, составляя донбасские хроники, мы занимаемся, по существу, приумножением информации в значительной степени односторонней, а значит, и спорной: ведь «с той стороны» мы будем слышать всегда почти всё то же самое, но с точностью до наоборот. И историкам придётся как-то сообща развеивать смог и муть, нагнанную пропагандой с обеих сторон.

В конце книги автор задаётся вопросом: «А какие уроки даёт война в Новороссии?.. Это — «война ножей», переросшая в «войну танков», но не доросшая до уровня «войны ракет». (Стр. 374.) — Нет, Михаил Поликарпов. Дефиниции этой так и не объявленной войны сами собой переносятся из сугубо «технической» в совсем иную, метафизическую плоскость: всякая праведная и искренняя «война поэтов», осёдланная и манипулируемая, всегда обречена на вырождение — в войну олигархатов, шкурных местнических интересов, в войну договорную, «странную», разлагающую и развращающую сам изначальный смысл её. Несомненный урок этой не законченной ещё войны: не дав Новороссии ни объединиться, ни победить, политики обрекают миллионы на непризнанное прозябание и узаконенное беззаконие, при котором возвращение в материнское лоно нэньки Украины многим отчаявшимся скоро может показаться совсем не худшим решением вопроса.

А вообще — был бы краток и прислушался к Дмитрию Львовичу Быкову: «Правду об этой войне напишет тот, кто на ней не был».

Последние новости из ДНР и ЛНР, Новороссии за 18 июля 2016: Видео от агентства «News Front». «Пластун»: мое подразделение готовится к новым боевым действиям.

«Пластун»: мое подразделение готовится к новым боевым действиям. Защитник Донбасса Роман Омельченко с позывным «Пластун» в эфире программы «На самом деле» агентства News Front; ведущий программы – Сергей Веселовский. «Мое подразделение сейчас тренируется и готовится к новым боевым действиям. Ни для кого не секрет, что те силы, которые скопила Украина, они не для того стянуты, чтобы поиграть мышцами. Превосходство у них сейчас довольно-таки серьезное: как в технике, так и в живой силе. Они открыто уже заявляют, что сотрут Донбасс в порошок, причем не намерены брать города, а просто будут их уничтожать. Поэтому мы готовимся к предстоящим боям», – сказал «Пластун».

Сообщение от ополчения. На западном направлении Горловки идет бой с применением АГС и РПГ и минометов.

«На западном направлении Горловки идет бой с применением АГС и РПГ и минометов. Ситуация накаляется. Уже четвертый час идет обстрел позиций ВСН в Новоазовском районе. Обстреливается вся южная граница Республики из стрелкового, минометов, арты и бронетехники. Сообщают, что при обстреле пострадал мальчик 15 лет. Особо зверствует САУ с направления в полях между Ломакино Лебединское иногда подключается Талаковка. Сартана тоже с большими промежутками пускает в небо реактивные снаряды или ракеты по 6 штук за раз с интервалами в секунды. Стреляют с направления САД. Укры остервенело долбят по позициям ВСН в районе Коминтерново. Саханка-Широкино: бой (минометы). Донецк: ЯБП каждый час с 22.00 ловить «тяжелые приветы», только что в 00:50 отработали. Петрoвка и Старомихайловка пoд минометным обстрел. С южного направления доносятся тяжелые раскаты. Ясиноватский пост, рынок «Господар» под обстрелом тяжелой артиллерии укронацистов с направления Каменки (Ясиноватского района).»

Сообщение от ополчения и от военкора Марины Харьковой. Мариуполь. С Сартаны ВСУ продолжают обстрел из минометов и БМП по позициям ВСН в районе Коминтерново.

«Мариуполь. С Сартаны ВСУ продолжают обстрел из минометов и БМП по позициям ВСН в районе Коминтерново. Саханка-Широкино: бой (минометы). Донецк. Петровский район Донецка под обстрелом из минометов с направления Марьинки с позиций ВСУ. Петрoвка (Трудoвскиe) и Старомихайловка пoд минометным обстрелoм, ВСУ обстреливают жилмaccив».

От Марины Харьковой: «В 7 часов 30 минут утра 16 июля с аэродрома Краматорска в воздух поднялся вертолет МИ-8 военно-воздушных сил бывшей Украины. Вертолет облетел Краматорск по большому кругу.
Экипаж провел воздушную разведку, обследование местности и проверил работу фиксирующих обстановку приборов.

Главное управление разведки Министерства обороны бывшей Украины опять несет чушь и бредит. Подразделения украинских войск, расквартированные в Славянске, а также жители города, получили предупреждение, что «боевики» и «террористы» скоро перейдут в наступление на славянском направлении. Для этого все формирования «боевиков», которые размещены в Горловке и Макеевке, приведены в «высшую степень боевой готовности». В этих же, а также разных других городах, украинской разведкой обнаружены дополнительные силы российских войск. Причем, установлены даже боевые характеристики и нумерация недавно прибывших на Донбасс частей российской армии. Например, в Макеевке и Горловке объявились 11-й отдельный штурмовой мотострелковый полк и 3-я отдельная мотострелковая бригада 1-го армейского корпуса вооруженных сил Российской Федерации.
Различные мотострелковые подразделения российской армии украинские военные разведчики выявили также в поселках Зайцево и Спартак, под занятым ВСУ городом Марьинка и поселком Пески. А чтобы наступление на Славянск вышло совсем уж успешным, в Макеевку из России переброшено усиленное огневое подразделение в составе четырех установок реактивной системы залпового огня «Град», трех 152-миллиметровых гаубиц «Мста-Б» и четырех грузовых автомобилей с боеприпасами.»

Видео от агентства News Front. Из шахты на передовую: кто воюет в армии ДНР.

«Из шахты на передовую: кто воюет в армии ДНР. Украинские СМИ два года твердят одно и то же: на Донбассе ВСУ и карательным батальонам противостоят кадровые российские военные. Расшатывать ситуацию, натравлять одних людей на других, врать, врать и врать, выдумывать несуществующие истории и выдавать их за самые достоверные факты- вот истинная задача украинских так называемых СМИ.»

Поделиться в соц. сетях

0

Также рекомендуем почитать:

На верх